Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Павел I.doc
Скачиваний:
12
Добавлен:
05.09.2019
Размер:
225.28 Кб
Скачать

Павел I в художественной литературе

  • М.А. Алданов. Заговор

  • Г.В. Оболенский. Император Павел

  • Старый Кирибей. Павловский гобелен

  • Ю.Н. Тынянов. Подпоручик Киже

«Вокруг Света» о Павле I

Статьи

  • Май 2003 Имперские игры (Наполеон был автором предложенного Павлу проекта "О походе на Индию для ликвидации там английского господства", цель которой - изгнание англичан из Индостана для развития в этой стране промышленности и торговли)

Литература

  1. Шильдер Н.К. Император Павел I. Историко-биографический очерк. Москва, 1996 г.

  2. Шумигорский Е.С. Император Павел I. Санкт-Петербург,1907

  3. Эйдельман Н.Я. Грань веков: политическая борьба в России. Конец XVIII – нач XIX ст., Санкт-Петербург, 1992

  4. Мемуары графини Головиной, урожденной графини Голицыной. Москва, 1911

  5. Ю.П. Соловьев. Рыцарство и юродство. К поэтике образа императора Павла Первого // Одиссей: Человек в истории. - М.: Наука, 1989, с. 262-282

Приложение

Церемониал интронизации Павла I

«Император был небольшого роста, черты лица его были уродливы, за исключением глаз, которые были очень красивы, и выражение их, когда он не был в гневе, обладало привлекательностью и бесконечной мягкостью… Он обладал прекрасными манерами и был очень любезен с женщинами; он обладал литературной начитанностью и умом бойким и открытым, склонен был к шутке и веселию, любил искусство; французский язык и литературу знал в совершенстве; его шутки никогда не носили дурного вкуса, и трудно себе представить что-либо более изящное, чем краткие милостивые слова, с которыми он обращался к окружающим в минуты благодушия». Это описание Павла Петровича, принадлежащее перу светлейшей княгини Дарьи Ливен, как и многие другие отзывы знавших его людей, не слишком вписывается в привычный нам образ неумного, истеричного и жестокого деспота.

Первые годы жизни цесаревич Павел Петрович провел в окружении нянюшек. Сразу же после рождения его забрала к себе императрица Елизавета Петровна. В своих записках Екатерина Великая писала: "Только что спеленали его, как явился по приказанию императрицы духовник ее и нарек ребенку имя Павла, после чего императрица тотчас велела повивальной бабке взять его и нести за собою, а я осталась на родильной постели". Вся империя радовалась рождению наследника, но о матери его забыли: "Лежа в постели, я беспрерывно плакала и стонала, в комнате была одна". Крещение Павла совершено было при пышной обстановке 25 сентября. Свое благоволение к матери новорожденного императрица Елизавета Петровна выразила тем, что после крестин сама принесла ей на золотом блюде указ кабинету о выдаче ей 100 тысяч рублей. После крестин при дворе начались торжественные праздники: балы, маскарады, фейерверки по случаю рождения Павла длились около года. Ломоносов в оде, написанной в честь Павла Петровича, желал ему сравниться с его великим прадедом. Увидеть сына в первый раз после родов Екатерине пришлось лишь через 6 недель, а затем только весной 1755 года. Екатерина вспоминала: "Он лежал в чрезвычайно жаркой комнате, во фланелевых пеленках, в кроватке, обитой мехом черных лисиц, покрывали его стеганым на вате атласным одеялом, а сверх того еще одеялом из розового бархата… пот выступал у него на лице и по всему телу. Когда Павел несколько подрос, то малейшее дуновение ветра причиняло ему простуду и делало его больным. Кроме того, к нему приставили множество бестолковых старух и мамушек, которые своим излишним и неуместным усердием причинили ему несравненно больше физического и нравственного зла, чем добра". Неправильный уход привел к тому, что ребенок отличался повышенной нервозностью и впечатлительностью. Еще в раннем детстве нервы Павла расстроены были до того, что он прятался под стол при сколько-нибудь сильном хлопанье дверями. В уходе за ним не было никакой системы. Он ложился спать или очень рано, часов в 8 вечера, или же в первом часу ночи. Случалось, ему давали кушать, когда "просить изволит", бывали и случаи небрежности: "Один раз он из колыбели выпал, так что никто того не слыхал. Пробудились поутру - Павла нет в колыбели, посмотрели - он лежит на полу и очень крепко почивает".

Павел получил прекрасное образование в духе французских просветителей. Он знал иностранные языки, владел знаниями по математике, истории, прикладным наукам. В 1758 году его воспитателем был назначен Федор Дмитриевич Бехтеев, который сразу же начал учить мальчика грамоте. В июне 1760 года обер-гофмейстером при великом князе Павле Петровиче был назначен Никита Иванович Панин, воспитателем и учителем математики у Павла был Семен Андреевич Порошин, бывший флигель-адъютант Петра III, а законоучителем (с 1763 года) - архимандрит Платон, иеромонах Троице-Сергиевой лавры, впоследствии Московский митрополит.

29 сентября 1773 года 19-летний Павел вступает в брак, женившись на дочери Гессен-Дармштадтского ландграфа принцессе Августине-Вильгельмине, получившей в православии имя Натальи Алексеевны. Через три года, 16 апреля 1776 года, в 5 часов утра, она умерла при родах, вместе с ней погиб и ребенок. Медицинское заключение, подписанное докторами Крузе, Аршом, Боком и другими, говорит о тяжелых родах Натальи Алексеевны, которая страдала искривлением спины, да и "крупный ребенок" был неправильно расположен. Екатерина, однако, не желая терять времени, начинает новое сватовство. На этот раз царица остановила свой выбор на вюртембергской принцессе Софии-Доротее-Августе-Луизе. С курьером доставляют портрет принцессы, который Екатерина II и предлагает Павлу, говоря, что она "кроткая, хорошенькая, прелестная, одним словом, сокровище". Наследник престола все больше и больше влюбляется в изображение, а уже в июне отправляется в Потсдам на сватовство к принцессе.

Увидев принцессу впервые 11 июля 1776 года во дворце Фридриха Великого, Павел пишет матери: "Я нашел невесту свою такову, какову только желать мысленно мог: не дурна собой, велика, стройна, отвечает умно и расторопно. Что же касается до сердца ея, то имеет она его весьма чувствительное и нежное… Любит быть дома и упражняться чтением и музыкою, жадничает учиться по-русски…" Познакомившись с принцессой, великий князь пылко влюбился в нее, а расставшись, уже с дороги пишет ей нежные письма с признанием в любви и преданности.

В августе София-Доротея приезжает в Россию и, следуя наставлениям Екатерины II, 15 (26) сентября 1776 года принимает православное крещение под именем Марии Федоровны. Вскоре состоялось венчание, через несколько месяцев она пишет: "Мой дорогой муж - ангел, я люблю его до безумия". Уже через год, 12 декабря 1777 года, у молодой четы появляется первый сын, Александр. По случаю рождения наследника в Петербурге был дан 201 пушечный выстрел, а державная бабушка Екатерина II подарила сыну 362 десятины земли, положившие начало селу Павловское, где позднее был построен дворец-резиденция Павла I. Работы по благоустройству этой лесистой территории близ Царского Села начались уже в 1778 году. Строительство нового дворца по проекту Чарльза Камерона велось в основном под наблюдением Марии Федоровны.

С Марией Федоровной Павел обрел истинное семейное счастье. В отличие от матери Екатерины и двоюродной бабушки Елизаветы, которые семейного счастья не знали, и личная жизнь которых была далека от общепринятых норм морали, Павел предстает образцовым семьянином, давшим пример всем последующим русским императорам - своим потомкам.

В сентябре 1781 года великокняжеская чета под именем графа и графини Северных отправляется в большое путешествие по Европе, длившееся целый год. Во время этой поездки Павел не только осматривал достопримечательности и приобретал произведения искусства для своего строящегося дворца. Путешествие имело и большое политическое значение. Впервые вырвавшийся из-под опеки Екатерины II, великий князь имел возможность лично познакомиться с европейскими монархами, нанес визит папе римскому Пию VI. В Италии Павел, следуя по стопам своего прадеда императора Петра Великого, серьезно интересуется достижениями европейского кораблестроения и знакомится с постановкой военно-морского дела за границей. В Ливорно цесаревич находит время для посещения находящейся там русской эскадры. В результате усвоения новых веяний в европейской культуре и искусстве, науке и технике, стиле и образе жизни, Павел во многом изменил и свое собственное мировоззрение и восприятие российской действительности.

К этому времени у Павла Петровича и Марии Федоровны уже двое детей после рождения 27 апреля 1779 года сына Константина. А 29 июля 1783 года на свет появляется их дочь Александра, в связи с чем Екатерина II подарила Павлу мызу Гатчина, выкупленную у Григория Орлова. Количество детей Павла тем временем постоянно увеличивается - 13 декабря 1784 года родилась дочь Елена, 4 февраля 1786 года - Мария, 10 мая 1788 года - Екатерина. Мать Павла, императрица Екатерина II, радуясь за своих внуков, 9 октября 1789 года пишет невестке: "Право, сударыня, ты мастерица детей на свет производить".

Воспитанием всех старших детей Павла Петровича и Марии Федоровны занималась лично Екатерина II, фактически отобрав их у родителей и даже не советуясь с ними. Именно императрица придумала имена для детей Павла, назвав Александра в честь покровителя Санкт-Петербурга князя Александра Невского, а Константину дала это имя потому, что второй внук предназначался ею для престола будущей Константинопольской империи, которая должна была образоваться после изгнания турок из Европы. Екатерина лично занималась поисками невесты для сыновей Павла - Александра и Константина. И оба эти брака никому не принесли семейного счастья. Император Александр лишь на закате жизни найдет в своей супруге преданного и понимающего друга. А великий князь Константин Павлович нарушит общепринятые нормы и разведется со своей супругой, которая покинет Россию. Будучи наместником княжества Варшавского, он полюбит прекрасную полячку - Иоанну Грудзинскую, графиню Лович, во имя сохранения семейного счастья откажется от русского престола и так и не станет Константином I, императором всея Руси. Всего же у Павла Петровича и Марии Федоровны было четыре сына - Александр, Константин, Николай и Михаил, и шесть дочерей - Александра, Елена, Мария, Екатерина, Ольга и Анна, из которых лишь 3-летняя Ольга умерла в младенчестве. Казалось бы, семейная жизнь Павла складывалась счастливо. Любящая жена, много детей. Но не хватало главного, к чему стремится каждый наследник престола - не было власти. Павел терпеливо ожидал кончины своей нелюбимой матери, но, казалось, великая императрица, обладавшая властным характером и крепким здоровьем, не собирается умирать никогда. В прежние годы Екатерина не раз писала о том, как она будет умирать в окружении друзей, под звуки нежной музыки среди цветов. Удар внезапно настиг ее 5 (16) ноября 1796 года в узком переходе между двумя комнатами Зимнего дворца. У нее произошел сильнейший инсульт, и нескольким слугам с трудом удалось вытащить грузное тело государыни из узкого коридора и положить на расстеленный на полу матрас. Курьеры помчались в Гатчину, чтобы сообщить Павлу Петровичу весть о болезни его матери. Первым был граф Николай Зубов. На следующий день в присутствии сына, внуков и близких придворных императрица скончалась, не приходя в себя, в возрасте 67 лет, из которых 34 года она провела на русском троне. Уже в ночь на 7 (18) ноября 1796 года все были приведены к присяге новому императору - 42-летнему Павлу I.

К моменту вступления на престол Павел Петрович был человеком с установившимися взглядами и привычками, с готовой, как ему казалось, программой действий. Еще в 1783 году он порывает все отношения с матерью, среди придворных ходили слухи о лишении Павла права престолонаследия. Павел погружается в теоретические рассуждения о настоятельной необходимости изменения управления Россией. Вдали от двора, в Павловске и Гатчине, он создает своеобразную модель новой России, представлявшуюся ему образцом управления всей страны. В 30-летнем возрасте он получил от матери большой список литературных произведений для глубокого изучения. Здесь были книги Вольтера, Монтескье, Корнеля, Юма и других знаменитых французских и английских авторов. Павел считал целью государства "блаженство каждого и всех". Формой правления он признавал только монархию, хотя и соглашался с тем, что эта форма "связана с неудобствами человечеств". Однако Павел утверждал, что самодержавная власть лучше других, так как "соединяет в себе силу законов власти одного".

Из всех занятий новый царь имел наибольшее пристрастие к военному делу. Советы боевого генерала П.И. Панина и пример Фридриха Великого увлекли его на военный путь. Во время царствования матери, Павел, устраненный от дел, долгие часы досуга заполнял обучением воинских батальонов. Именно тогда у Павла сформировался, вырос и окреп тот "капральский дух", который он стремился привить всей армии. По его мнению, русская армия екатерининских времен была скорее беспорядочной толпой, нежели правильно устроенным войском. Процветало казнокрадство, использование труда солдат в помещичьих усадьбах командиров, и многое другое. Каждый командир одевал солдат по своему вкусу, стремясь подчас сэкономить в свою пользу денежные суммы, выделяемые на обмундирование. Павел считал себя продолжателем дела Петра I по преобразованию России. Идеалом же для него была прусская армия, кстати, сильнейшая в Европе того времени. Павлом были введены новая единая форма, устав, вооружение. Солдатам было разрешено жаловаться на злоупотребления своих командиров. Все строго контролировалось и, в целом, положение, например, нижних чинов стало лучше.

Вместе с тем, Павел отличался определенным миролюбием. В царствование Екатерины II (1762-1796) Россия участвовала в семи войнах, которые в общей сложности продолжались более 25 лет и нанесли стране тяжелый урон. Вступив на престол, Павел заявил, что Россия при Екатерине имела несчастье использовать свое народонаселение в частых войнах, а внутри страны дела были запущены. Тем не менее, внешняя политика Павла отличалась непоследовательностью.

В 1798 году Россия вступила в антифранцузскую коалицию с Англией, Австрией, Турцией и Королевством Обеих Сицилий. По настоянию союзников главнокомандующим русскими войсками был назначен опальный А.В. Суворов, в ведение которого передавались и австрийские войска. Под руководством Суворова Северная Италия была освобождена от французского господства. В сентябре 1799 года русская армия совершила знаменитый переход через Альпы. За Итальянский поход Суворов получил чин генералиссимуса и титул князя Италийского. Однако уже в октябре того же года Россия разорвала союз с Австрией, а русские войска были отозваны из Европы. Незадолго перед убийством Павел послал войско Донское в поход на Индию. Это были 22 507 человек без обоза, припасов и какого-либо стратегического плана. Этот авантюрный поход был отменен сразу после гибели Павла.

В 1787 году, отправляясь в первый и последний раз в действующую армию, Павел оставил свой "Наказ", в котором изложил свои мысли об управлении государством. Перечисляя все сословия, он останавливается на крестьянстве, которое "содержит собой и своими трудами все прочие части, следственно, уважения достойно". Павел попытался провести в жизнь указ о том, чтобы крепостные крестьяне работали не более трех дней в неделю на помещика, а в воскресенье вообще не трудились. Это, однако, привело к еще большему их закабалению. Ведь до Павла, например, крестьянское население Украины вообще не знало барщины. Теперь, к радости малороссийских помещиков, здесь вводилась трехдневная барщина. В русских же усадьбах очень трудно было проследить за выполнением указа.

В сфере финансов Павел считал, что доходы государства принадлежат государству, а не государю лично. Он требовал согласовывать расходы с надобностью государства. Павел приказал переплавить на монеты часть серебряных сервизов Зимнего дворца, уничтожить до двух миллионов рублей ассигнациями для сокращения государственного долга.

Обращалось внимание и на народное образование. Был издан указ о восстановлении университета в Прибалтике (был открыт в Дерпте уже при Александре I), открылась в Петербурге Медико-хирургическая академия, много школ и училищ. Вместе с тем, чтобы не допустить в Россию идеи "развратной и преступной" Франции, запрещалась учеба русских за границей, устанавливалась цензура на ввозимую литературу и ноты, даже запрещалось играть в карты. Любопытно, что по разным соображениям новый царь обратил внимание на улучшение русского языка. Вскоре по вступлении на престол, Павел приказал во всех официальных бумагах "изъясняться самым чистым и простым слогом, употребляя всю возможную точность, а высокопарных выражений, смысл потерявших, всегда избегать". В то же время странными, возбуждавшими недоверие к умственным способностям Павла, были указы, воспрещавшие употребление тех или иных видов одежды. Так, нельзя было носить фраки, круглые шляпы, жилеты, шелковые чулки, взамен разрешалось немецкое платье с точным определением цвета и размера воротника. По свидетельству А.Т. Болотова, Павел требовал от всех честного исполнения своих обязанностей. Так, проезжая по городу, пишет Болотов, император увидел офицера, идущего без шпаги, а сзади денщика, несущего шпагу и шубу. Павел подошел к солдату и спросил, чью шпагу он несет. Тот ответил: "Офицера, что идет впереди". "Офицера! Так что, ему трудно носить свою шпагу? Так надень ее на себя, а ему отдай свой штык!". Так Павел произвел солдата в офицеры, а офицера разжаловал в рядовые. Болотов замечает, что это произвело громадное впечатление на солдат и офицеров. В частности, последние, опасаясь повторения подобного, стали ответственнее относиться к службе. С целью контроля за жизнью страны Павел вывесил у ворот своего дворца в Петербурге желтый ящик для подачи прошений на его имя. Подобные донесения принимались и на почте. Это было для России в новинку. Правда, этим тут же стали пользоваться для ложных доносов, пасквилей и карикатур на самого царя. Одним из важных политических актов императора Павла после вступления на престол было перезахоронение 18 декабря 1796 года его отца Петра III, убитого 34 года назад. Все началось еще 19 ноября, когда "повелением императора Павла Петровича вынуто тело в Невском монастыре погребенного покойного императора Петра Федоровича, и в новый сделанный великолепный гроб, обитый золотым глазетом, с гербами императорскими, с старым гробом тело положено". В тот же день вечером, "изволили прибыть в Невский монастырь его величество, ея величество и их высочества, в Нижнюю Благовещенскую церковь, где стояло тело, и по прибытии, открыт был гроб; к телу покойного государя изволили прикладываться… и потом закрыто было". Сегодня трудно представить, к чему "прикладывался" царь и заставлял "прикладываться" свою жену и детей. По свидетельству очевидцев, в гробу был лишь костный прах и части одежды. 25 ноября по разработанному императором в мельчайших подробностях ритуалу было совершено сокоронование праха Петра III и трупа Екатерины II. Такого еще не видела Россия. Утром в Александро-Невском монастыре Павел возложил корону на гроб Петра III, а во втором часу дня Мария Федоровна в Зимнем дворце возложила ту же корону на умершую Екатерину II. В церемонии в Зимнем дворце была одна жуткая деталь - камер-юнкер и камердинеры императрицы во время возложения короны "приподнимали тело усопшей". Очевидно, имитировалось, что Екатерина II была как бы жива. Вечером того же дня тело императрицы было перенесено в великолепно устроенный траурный шатер, а 1 декабря Павел торжественно перенес в Невский монастырь императорские регалии. На следующий день, в 11 часов утра от Нижней Благовещенской церкви Александро-Невской лавры медленно двинулся в путь траурный кортеж. Впереди гроба Петра III герой Чесмы Алексей Орлов нес на бархатной подушке императорскую корону. Позади катафалка в глубоком трауре шествовала вся августейшая семья. Гроб с останками Петра III перевезли в Зимний дворец и установили рядом с гробом Екатерины. Через три дня, 5 декабря, оба гроба перевезли в Петропавловский собор. Две недели они были выставлены там для поклонения. Наконец, 18 декабря их предали земле. На гробницах ненавистных супругов указали одну и ту же дату погребения. По этому поводу Н.И. Греч заметил: "Подумаешь, что они провели всю жизнь вместе на троне, умерли и погребены в один день". Весь этот фантасмагорический эпизод поразил воображение современников, которые пытались найти ему хоть какое-то разумное объяснение. Одни утверждали, что все это было проделано, для того, чтобы опровергнуть слухи о том, что Павел - не сын Петра III. Другие видели в этой церемонии стремление унизить и оскорбить память Екатерины II, ненавидевшей своего мужа. Короновав уже коронованную Екатерину одновременно с не успевшим короноваться при жизни Петром III той же самой короной и почти одновременно, Павел как бы заново, посмертно, обвенчал своих родителей, и тем самым свел на нет результаты дворцового переворота 1762 года. Павел заставил убийц Петра III нести императорские регалии, тем самым, выставив этих людей на публичное осмеяние. Существуют сведения, что идея вторичных похорон Петра III была подсказана Павлу масоном С.И. Плещеевым, который этим хотел отомстить Екатерине II за гонения на "вольных каменщиков". Так или иначе, церемония перезахоронения останков Петра III была совершена даже раньше коронации Павла, которая последовала 5 апреля 1797 года в Москве, - настолько важное значение уделял новый царь памяти отца, подчеркнув лишний раз, что его сыновние чувства к отцу были сильнее чувств к властной матери. А в самый день своей коронации Павел I издал закон о престолонаследии, который устанавливал жесткий порядок в наследовании престола по прямой мужской нисходящей линии, а не по произвольному желанию самодержца, как раньше. Указ этот действовал весь XIX век. Русское общество неоднозначно относилось к правительственным мероприятиям Павловского времени и лично к Павлу. Подчас историки говорили, что при Павле во главе государства стали гатчинцы - люди невежественные и грубые. Из их числа называют А.А. Аракчеева и ему подобных. В качестве характеристики "гатчинцев" приводят слова Ф.В. Ростопчина, что "лучший из них заслуживает колесования". Но не следует забывать, что были среди них Н.В. Репнин, А.А. Беклешов и другие честные и порядочные люди. Среди сподвижников Павла мы видим С.М. Воронцова, Н.И. Салтыкова, А.В. Суворова, Г.Р. Державина, при нем выдвинулся блестящий государственный деятель М.М. Сперанский. Особую роль в политике Павла занимали взаимоотношения с Мальтийским орденом. Орден Св. Иоанна Иерусалимского, появившийся в XI веке, длительное время был связан с Палестиной. Под натиском турок иоанниты вынуждены были покинуть Палестину, обосноваться сначала на Кипре, а затем на острове Родос. Однако борьба с турками, длившаяся не одно столетие, вынудила их в 1523 году покинуть и это пристанище. После семи лет скитаний иоанниты получили в дар от испанского короля Карла V Мальту. Этот скалистый остров стал неприступной крепостью Ордена, который стал называться Мальтийским. Конвенцией от 4 января 1797 года Ордену было разрешено иметь в России великое приорство. В 1798 году появился манифест Павла "Об установлении ордена Св. Иоанна Иерусалимского". Новый монашеский орден состоял из двух приорств - римско-католического и российско-православного с 98 командорствами. Есть предположение, что Павел хотел тем самым объединить две церкви - католическую и православную. 12 июня 1798 года Мальта была без боя взята французами. Рыцари заподозрили в измене великого магистра Гомпеша и лишили его сана. Осенью того же года на этот пост был избран Павел I, охотно принявший на себя знаки нового сана. Перед Павлом рисовался образ рыцарского союза, в котором в противовес идеям французской революции процветали бы принципы ордена - строгое христианское благочестие, безусловное послушание старшим. По мнению Павла, Мальтийский орден, столь долго и успешно боровшийся с врагами христианства, должен теперь собрать все "лучшие" силы Европы и послужить могучим оплотом против революционного движения. Резиденция Ордена была перенесена в Петербург. В Кронштадте снаряжался флот для изгнания французов с Мальты, но в 1800 году остров был занят англичанами, а вскоре скончался и Павел. В 1817 году было объявлено, что Ордена в России больше не существует. В конце века Павел отдалился от семьи, наступило ухудшение во взаимоотношениях с Марией Федоровной. Ходили слухи о неверности императрицы и нежелании признать своими сыновьями младших мальчиков - Николая, родившегося в 1796 году, и Михаила, родившегося в 1798-м. Доверчивый и прямодушный, но в то же время подозрительный, Павел, благодаря интригам фон Палена, ставшего его ближайшим придворным, начинает подозревать всех близких ему людей во враждебности к нему. Павел любил Павловск и Гатчину, где он жил в ожидании престола. Взойдя на трон, он начал строить новую резиденцию - Михайловский замок, по проекту итальянца Винченцо Бренны, ставшего главным придворным архитектором. В замке все было приспособлено для защиты императора. Каналы, подъемные мосты, тайные переходы, казалось, должны были сделать жизнь Павла долгой. В январе 1801 года строительство новой резиденции было завершено. Но множество планов Павла I так и остались неосуществленными. Именно в Михайловском дворце Павел Петрович и был убит вечером 11 (23) марта 1801 года. Утратив чувство реальности, он стал маниакально подозрителен, удалил от себя преданных людей, и сам спровоцировал недовольных в гвардии и высшем обществе к заговору. В заговоре участвовали Аргамаков, вице-канцлер П.П. Панин, фаворит Екатерины П.А. Зубов, генерал-губернатор Петербурга фон Пален, командиры гвардейских полков: Семеновского - Н.И. Депрерадович, Кавалергардского - Ф.П. Уваров, Преображенского - П.А. Талызин. Благодаря измене, группа заговорщиков проникла в Михайловский замок, поднялась к спальне императора, где, по одной версии, он был убит Николаем Зубовым (зять Суворова, старший брат Платона Зубова), который ударил его массивной золотой табакеркой в висок. Согласно другой версии, Павел был задушен шарфом или задавлен группой заговорщиков, которые навалились на императора. "Пощадите! Воздуху, воздуху! Что я вам сделал плохого?" - это были его последние слова. Вопрос о том, знал ли о заговоре против своего отца Александр Павлович, долгое время оставался невыясненным. По воспоминаниям князя А.Чарторыйского, мысль о заговоре возникла чуть ли не в первые дни правления Павла, но переворот стал возможен лишь после того, как стало известно о согласии Александра, подписавшего секретный манифест, в котором обязывался не преследовать заговорщиков после восшествия на престол. И вероятнее всего, сам Александр прекрасно понимал, что без убийства дворцовый переворот будет невозможен, так как добровольно Павел I не отречется. Царствование Павла I длилось всего четыре года, четыре месяца и четыре дня. Похороны его состоялись 23 марта (4 апреля) 1801 года в Петропавловском соборе. Всю оставшуюся жизнь Мария Федоровна посвятила семье и увековечиванию памяти своего мужа. В Павловске, почти на краю парка, среди лесной глуши, над оврагом, был поставлен Мавзолей супругу-благодетелю по проекту Тома де Томона. Подобно античному храму он величественен и молчалив, вся природа вокруг как бы скорбит вместе с изваянной из мрамора порфироносной вдовой, плачущей над прахом супруга.

Павел был двойственен. Рыцарь в духе уходящего века, он не смог найти свое место в веке XIX, где прагматизм общества и относительная свобода представителей верхушки общества не могли далее существовать совместно. Общество, которое за сто лет до Павла терпело любые выходки Петра I, не стало терпеть Павла I. "Наш романтический царь", как именовал Павла I А.С. Пушкин, не сумел справиться со страной, которая ждала не только усиления власти, но и, прежде всего, различных реформ во внутренней политике. …Павел был мечтателем, желавшим преобразовать Россию, и вызывавшим неудовольствие всех. Несчастный государь, принявший смерть во время последнего в истории России дворцового переворота. Несчастный сын, повторивший судьбу своего отца.

Программа достаточно стройная‚ соответствующая своему времени, но совершенно не учитывавшая амбиций российского правящего слоя. Именно это трагическое несоответствие‚ порожденное гатчинской изоляцией и пережитыми душевными волнениями‚ было принято современниками‚ а вслед за ними и историками за «варварскую дикость»‚ даже за сумасшествие. Тогдашние столпы российской общественной мысли (за исключением амнистированного Радищева)‚ испуганные революцией, стояли либо за то‚ чтобы проводить дальнейшие реформы за счет крестьян‚ либо не проводить их вообще

При Павле солдат, безусловно, больше гоняли на плацу, строже наказывали, но в тоже время их наконец стали регулярно кормить и тепло одевать зимой, что принесло императору небывалую популярность в войсках. Но больше всего офицеров возмутило введение телесных наказаний. Не вообще солдатам, а конкретно для благородного сословия. Это пахло нездоровым сословным равенством.

Помещиков тоже попробовали прижать. Впервые крепостные крестьяне стали приносить императору личную присягу (раньше за них это делал помещик). При продаже запрещали разделять семьи. Вышел знаменитый указ-манифест «о трехдневной барщине», текст которого, в частности, гласил: «Закон Божий, в Десятословии нам преподанный, научает нас седьмой день посвящать Богу; почему в день настоящий, торжеством веры прославленный и в который мы удостоились воспринять священное миропомазание и царское на прародительском престоле нашем венчание, почитаем долгом нашим пред Творцом всех благ Подателем подтвердить во всей империи нашей о точном и непременном сего закона исполнении, повелевая всем и каждому наблюдать, дабы никто и ни под каким видом не дерзал в воскресные дни принуждать крестьян к работам…»

Между тем общее налоговое бремя облегчилось. Отмена хлебной повинности (по свидетельству русского агронома А.Т. Болотова, произведшая «благодетельные действия во всем государстве») сопровождалась сложением недоимок за 1797 год и льготной продажей соли (до середины XIX века соль фактически была народной валютой).

В рамках борьбы с инфляцией дворцовые расходы сокращались в 10 (!) раз, значительная часть серебряных дворцовых сервизов была перелита на монету, пущенную в оборот.

Параллельно из обращения за государственный счет была выведена необеспеченная масса бумажных денег. На Дворцовой площади сожгли свыше пяти миллионов рублей ассигнациями.

Павлу принять титул главы католического Мальтийского ордена. Однако сделано это было не только по политическим соображениям. Это была попытка воскресить в рамках ордена (кстати, никогда до этого не подчинявшегося папе Римскому) древнее византийское братство святого Иоанна Предтечи, из которого и возникли когда-то иерусалимские «госпитальеры». Кроме того, стоит отметить, что Мальтийский орден в целях самосохранения сам отдал себя под покровительство России и императора Павла. 12 октября 1799 года в Гатчину торжественно были принесены святыни ордена: десница святого Иоанна Крестителя, частица Креста Господня и Филермская икона Божией Матери. Всеми этими сокровищами Россия обладала вплоть до 1917 года.

Константинов Сергей

История, Павел I

При всех своих недостатках Павел I сделал очень много для разрядки социальной напряженности в тогдашней России

Личность Павла I всегда вызывала противоречивые оценки. Весть о последовавшей с 10 на 11 марта 1801 г. смерти императора дворянство встретило всеобщим, солидарным ликованием, никакого траура в Петербурге не было, зато шампанское лилось рекой, а музыка на балах утихла только под утро. Простые люди восприняли это известие со скорбью, о Павле они говорили: "Он был наш отец". В народе достаточно быстро распространились слухи о том, что император умер не своей смертью, может быть, поэтому солдаты Преображенского и Семеновского полков и встретили первый выход Александра I к войскам не ликованием, а гробовым молчанием... В наше время на уровне школьного образования и массмедиа Павел I представляется либо совершенно ничтожным психопатом, либо просто больным, несчастным человеком, этаким российским Гамлетом. В учебнике для 9 класса по истории России ХIХ века, написанном авторитетным историком П. Зыряновым, царствованию Павла I посвящено всего полстраницы, где император предстает исключительно как "крайне вспыльчивый и несдержанный, легко впадающий в необузданную ярость" человек, в царствование которого были только "массовые аресты, ссылки, свирепая муштра, палочная дисциплина, цензура" и воровство точно такое же, как и при Екатерине II. В документальном сериале "Российская империя"

Леонида Парфенова, показанном недавно по HТВ, подобные представления несколько смягчаются рассказами о несчастной жизни Павла в качестве наследника престола и жуткими подробностями его убийства, но все равно остаются определяющими в оценке исторической роли императора. Едва ли мы ошибемся в предположении о том, что в массовом сознании образ Павла остался по большей части таким же, как в советское время, - тупой солдафон, психопат, гонитель великого полководца Александра Суворова, в общем, жестокий сумасброд и деспот, знакомый миллионам людей по фильму "Суворов" и рассказу Юрия Тынянова "Подпоручик Киже".

За скобками таких представлений оказывается практически вся государственная деятельность Павла I, в которой некоторые дореволюционные историки видели немало полезного и ценного для России. Василий Ключевский, вовсе не апологет Павла, считавший его "нравственно ненормальным царем", тем не менее находил положительные моменты в царствовании этого императора. "В основе правительственной политики императора Павла, - писал Ключевский, - лежали серьезные помыслы и начала, заслуживающие нашего полного сочувствия... Павел был первый противодворянский царь этой эпохи... Инстинкт порядка, дисциплины и равенства был руководящим побуждением деятельности этого императора, борьба с сословными привилегиями - его главной задачей. Так как исключительное положение, приобретенное одним сословием, имело свой источник в отсутствии основных законов, то император Павел начал создание этих законов".

Какие же такие начала и помыслы Павла I вызвали сочувствие у Ключевского? О чем не пишут в школьных учебниках и не вещают с телеэкрана, когда речь заходит о кратковременном царствовании этого императора? Можно ли считать Павла I незаурядным государственным деятелем, способным проводить серьезные реформы, или он достоин остаться в нашей памяти "венчанным психопатом" (термин дореволюционного историка Александра Корнилова)?

Hи до ни после вступления на престол Павел не имел четкого плана государственных преобразований. Ряд его начинаний провалился или привел к совершенно иным, не планируемым самим Павлом последствиям. Император был действительно вспыльчивым человеком, подверженным резкой смене настроений, часто впадал в депрессии, виной чему была во многом его мать, Екатерина II, лишившая его даже права воспитывать собственных детей, не говоря уже о занятиях государственными делами. В 1774 году Павел подал Екатерине II записку, в которой доказывал, что наступательные войны вредно отзываются на благосостоянии России, и высказал ряд предложений по борьбе с чиновничьим произволом. Реакция императрицы на эту записку была, мягко говоря, некорректной: в день своего рождения она подарила Павлу недорогие часы, в то время как своему фавориту Григорию Потемкину пожаловала 50 тысяч рублей. В своей неприязни по отношению к сыну Екатерина переходила все границы. В том же 1774 году, вскоре после того, как Павел похоронил свою первую жену Hаталию Алексеевну (умершую во время родов), императрица дала своему сыну прочесть любовные письма к покойной графа Андрея Разумовского. Екатерина даже подготовила манифест о назначении наследником престола старшего сына Павла, Александра. Манифест планировалось обнародовать 5 декабря 1796 года, но за три недели до этого императрица умерла. Павел вступил на престол, не имея фактически никакого опыта государственной деятельности. Многие его преобразования были продиктованы исключительно ненавистью к порядкам, установленным его матерью. Современникам казалось, что, сокрушая эти порядки, Павел дискредитирует самодержавие. Hиколай Карамзин в своей известной "Записке о древней и новой России" писал: "...Что сделали якобинцы в отношении к республикам, то Павел сделал в отношении самодержавия: заставил ненавидеть злоупотребления оного". Карамзин, как и многие другие современники Екатерининского века, боготворил императрицу прежде всего за те безмерные вольности, которыми она одарила дворянство. Павел же позволил себе на эти вольности посягнуть. Почему он это сделал? Только ли из ненависти к матери и ее фаворитам? Hасколько были оправданы все те ущемления дворянских прав и привилегий, которые осуществил Павел I?

Образ жизни дворянства во времена Екатерины II Ключевский лаконично охарактеризовал как "безделье" и "бесцельное существование". Дворянство избегало тягот государственной и военной службы, неохотно шло в университеты, боясь, по словам одного из современников, потерять там "приобретенные дома добропорядочные манеры". "Во все царствование Екатерины, - пишет Ключевский, - ни один медик не получил ученого диплома, т.е. не выдержал экзамена".

"Противодворянский царь" Павел I был востребован своим временем. В наследство от матери он получил насквозь прогнившее, коррумпированное государство, в котором "лихоимство", как писал видный литератор ХVIII века Андрей Болотов, "вкралось во все чины до такого высокого градуса, что никто не хотел ничего без денег делать и все вообще шло на деньгах и на закупании". Это "лихоимство" Павел пытался уничтожить не только ущемлением вольностей дворянства (за что в конечном счете и поплатился головой), но и реформированием государственнного аппарата.

У современников много насмешек вызывал факт установления Павлом возле своего дворца специального ящика для прошений, в который каждый мог опустить письмо.

Юрий Тынянов в рассказе "Подпоручик Киже" высмеял Павла за этот ящик. Писатель искажал истину, изображая эту историю как анекдот - мол, Павел распорядился убрать ящик для прошений населения после того, как в нем нашли карикатуру с надписью "батька курносый". Hа самом деле Павел вовсе не смущался подобными эпиграммами и ежедневно лично читал все (!) письма на свое имя, стараясь реагировать на каждое. Hасколько нам известно, ни до ни после Павла I ни один из царей (генсеков и президентов) ничем подобным не занимался. Конечно, чтение писем простых людей в течение многих часов занятие бессмысленное для главы государства, но тот факт, что Павел стремился из первых рук знать нужды и чаяния своих подданных, вызывает уважение.

Чаще всего реформы Павла I вызывают усмешки или осуждение. Действительно, введение палочных наказаний для дворянства меркнет на фоне щедрых земельных пожертвований фаворитам императора, жестоких расправ земельных пожертвований фаворитам императора, жестоких расправ над бунтующими крестьянами. Историки, в том числе и Ключевский, не склонны видеть в сокращении барщины (даровой работы крестьян в имении помещика) на срок до трех дней (вместо пяти и даже шести дней) серьезного шага Павла I, направленного на улучшение условий жизни крестьянства.

Однако ряд других указов Павла свидетельствуют о том, что он все же искренне стремился облегчить участь миллионов простых людей, низведенных Екатериной II до уровня бесправных рабов. При Павле I казенные (государственные) крестьяне получили 15-десятинный душевой надел, им были списаны недоимки по уплате долгов за 20 лет, император запретил продажу "дворовых людей и крестьян без земли с молотка", разрешил крестьянам заниматься мелкой торговлей в городах, распорядился учредить в каждом селе на случай неурожая запасной хлебный магазин.

Император пытался ограничить произвол помещиков по отношению к крестьянам.

Губернаторам Павел предписал следить за отношением помещиков к крепостным и при получении сведений о жестокостях дворян приказал "без всякой огласки из дому" заключать их в монастырь. Он также разрешил крепостным подавать жалобы на свое имя и не наказывал плетьми и каторгой "дерзостных челобитчиков", как это делалось в царствование Екатерины II.

Можно и нужно вспомнить и о других полезных начинаниях Павла I, о которых не пишут в школьных учебниках. Он, к примеру, сумел стабилизировать рубль, привести в порядок финансы страны. Павел просто сжег 6 миллионов бумажных ассигнаций и увеличил запас серебряной монеты перечеканкой придворных серебряных сервизов.

Это мероприятие даже критически настроенный к царствованию Павла I историк Александр Корнилов расценил положительно. Корнилов считал, что уменьшение хождения ассигнаций свидетельствовало "о намерении правительства расплачиваться с долгами, а не увеличивать их". При Павле I были снижены цены на соль, а для снижения цен на хлеб открывались казенные магазины, при нем была основана Российско- американская торговая компания, открыт Дерптский университет, высшее медицинское училище, музыкальная академия. Государственный аппарат, в частности Сенат, работал при Павле необычайно эффективно. Число рассмотренных в Сенате дел возросло с 11836 в 1796 году до 29988.

Царствование Павла ознаменовалось значительным облегчением для старообрядцев. К ним он повелевал относиться "ласково, с доброхотством и человеколюбием". Павел вообще считал, что свобода веры является наилучшим средством "сохранить между обитателями различного закона тишину и спокойствие". В одном из своих указов он предписывал: "Дабы различие закона не служило поводом притеснять друг друга. Hо каждый бы оставался при исповедании того, к коему совет его прилепляет, был добрым и мирным гражданином". Слова не расходились с делами: Павел освободил от обязанности поставлять солдат (рекрутчина) три старообрядческих монастыря, дал деньги на восстановление в Верхне-Успенском монастыре сгоревшей церкви.

Павел был глубоко верующим человеком, натурой рыцарской. От избытка религиозных чувств он награждал священников орденами. Он не казнил ни одного из своих политических противников (в отличие от Екатерины II, казнившей поручика Мировича, пытавшегося возвести на престол свергнутого Елизаветой Ивана Антоновича). Да, он подверг гонениям великого полководца Александра Суворова, но тем не менее всегда относился к нему с уважением, о чем, к примеру, свидетельствуют следующие строки из его письма Суворову от 6 февраля 1799 года, накануне его назначения командующим армией в ставшем вскоре знаменитом итальянском походе: "Граф Александр Васильевич! Теперь нам не время рассчитываться, виноватого Бог простит. Римский Император требует Вас в начальники своей армии и вручает Вам судьбу Австрии и Италии. Мое дело на сие согласиться, а Ваше спасти их. Поспешите приездом сюда и не отнимайте у славы Вашей времени, а у меня удовольствия Вас видеть". Hе следует забывать и о том, что именно Павел присвоил Суворову звание генералиссимуса.

Конечно, Павел I и его царствование были далеки от совершенства, которого, впрочем, не было ни до ни после него. Однако для дела сохранения монархии этот император сделал гораздо больше других. Именно Павел своим указом о престолонаследии закончил эпоху дворцовых переворотов. По злой иронии судьбы эта эпоха завершилась убийством самого Павла. Это убийство одна из самых позорных страниц нашей истории. Павел, при всех его недостатках, сделал очень многое для разрядки социальной напряженности в обществе. К сожалению, потомки вспоминают куда больше о его сумасбродстве, а не о его благих делах, о которых не следует забывать.